Слон-джаз.

Трепещи, малюсенький город, дрожите, люди,
это в лавку посудную входит слон, ой что будет!
это слон в посудную лавку входит,
продавец в прилавок вжался как хоббит,
и бормочет бледное крабле-крибле,
но по всему видать, лавка рухнет, всё погибнет.
А слон идет вперед, как океанический лайнер,
как в сан-лоренс рива входит тзе емпресс оф айрленд.
слон идет вперед навстречу гибели и славе,
и кругом народ, шум-переполох, да мы с вами.

Здесь слоны в том же списке диковин, что и патефоны, фотографы и моторы,
Ведь еще чуть-чуть, и никто б не вспомнил, для чего здесь вообще этот город,
город Гранби, надежно забытый богом ещё при королеве Виктории,
Да что ещё наш Гранби спасти могло бы, уже покрытый пылью истории.
Но это марево небытия пронзил, как лучик, ярый слон с решительными глазами.
Дикий слон - о, да! это даже лучше, чем крушение поезда на вокзале!
это лучше даже пожара в парламенте, это лучше ограбления банка!
и слон идет по мостовой нашей памяти, безжалостный как испанка.
                                                                                                      
И слон идет вперед, обуян решимостью и гордыней,
и слон идет вперед, как титаник к своей последней льдине,
и слон идет, достоинства, доблести и красоты исполнен,
слон идет! И его запомнят!
и слон выходит, как спутник, на новый виток орбиты.
и все сервизы, и до чёрта чего-то еще, разбиты,  -
это чья-то жизнь разбита, растоптана в крошево.
в целом-то, конечно, ничего хорошего,
но какой восторг! это гром галвестонского урагана!
верещит свисток, и вся улица будто рухнула в ниагару.
это рухнул славный уклад деревенской буржуазии.
и все бесятся и визжат, как дикие обезьяны в бразилии.

А слон идет вперед сквозь ряды хрусталя и фарфора,
Гранби целый год не видал такого фурора,
И слон выходит уже в обед на первую полосу местной газеты,
о слоне напишут спустя сто лет где-то за океаном поэты,
И наш Гранби прославится на весь мир! все услышат, даже в самом Квебеке!
Мы горды слоном, слон - ты наш кумир! И все семь чудес пред слоном поблекли!

И утихли новости, хроники и скандалы, слухи, домыслы и пересуды —
Есть только звон, звон бокалов, фарфора, стекла, и другой посуды,
и этот звон — как музыка чертова фортепьяно!
и этот слон — как тот самый боевой белый слон из мьянмы!
и слон идет вперед, круша боевые ряды сиама,
он идет не спеша, но чеканит шаг и держится прямо,
он ведь довольно стар, жизнь и так оказалась долгой.
и вот он уже устал, — но и осталось чуть-чуть, ещё совсем немного.
и он отважно смотрит судьбе в глаза, как император под ватерлоо,
это слон который сумел сказать свое последнее слово.
и он идет вперед к великой цели, к своей победе,
И он идет - к бессмертию, подвигу и легенде!

-
Слон прекрасен в осколках стекла и света,
но осталось недолго, его песенка спета,
его номер окончен, слон должен погибнуть.
Ну вот и всё,
бинго.

-
Всё, пора расходиться. всё, расходитесь люди.
В Гранби теперь лет тридцать ничего такого не будет.
Всё, друзья, расходитесь, закрывайте окна и двери,
Что Гранби вообще есть на карте, позабудьте скорее.
А люди стоят в бессилии, молчат зеваки и дети,
Наш слон был красивее всех слонов на свете,
И молча стоят жандармы, и мы с тобой, и Жак Картье.
А в цирке слона звали Джамбо. А в зоопарке — Мартин.





 

никто не беспокоится о слоне

Когда слон входит в посудную лавку, никто не беспокоится о слоне. А слону неуютно, неловко и стыдно, и тяжело на душе.

Никто не верит, что слон способен на тонкие глубокие переживания и ранимость, поэтому прямотой и искренностью можно защититься и отгородиться абсолютно от всего мира. Достаточно просто называть вещи своими именами, воров - ворами, мудаков - мудаками, мозгоебов - мозгоебами, предателей -предатеями. И ты победитель, и ты неуязвим, ты белый боевой слон неумолимой истины жизни.

Прямота и искренность, вот истинные доспехи в борьбе против уютного лицемерия всего мира, прямота и искренность, вот что может нарушить удобный баланс сдержек и противовесов, недомолвок и полунамеков. Ведь если не посылать людей на хуй, они так и будут блуждать в потемках полусмыслов, не ведая дорог, не понимая, куда им идти.

Когда слон входит в посудную лавку, никого не волнует, что слон может пораниться, но если решил быть слоном - входи в лавку смело и достойно, не ведая сомнений, презирая малодушие, не останавливайся и ничего не бойся, и да пребудет с тобою бог.

Да и хуй с ними.

Послесловие Песни о последнем бронепоезде.

Эту траву под твоими ногами
И небо над головой
Святой Георгий оберегает,
Комэска, да мы с тобой.

А вместе с нами отважный ведомый,
И воздушный стрелок,
И с небесного аэродрома
Четвертый гвардейский полк.

Сними картуз, поклонись им в пояс.
И может быть в наши дни
Ты сам услышишь тот бронепоезд
И различишь огни.

Марвин регги-джаз.

Капает пот из под маски сварщика,
Дядюшка Марвин поёт,
Чёрт его знает что за тарабарщина,
Воет как тот койот,

Кто-то же должен будет погибнуть
В финале этого триллера,
Дядюшка Марвин варит кабину
К своему Катерпиллеру,

Дядюшка Марвин, ты раньше был добрый,
Но ты уже не тот,
И на головой его реет гордо
Призрачный шварцен тод.

Дядюшка Марвин варит добротно,
И поёт ни о чём,
И улыбается мёртвый ротный,
Встав за его плечом,

Дядюшка Марвин, ты не оставил
Никаких дел на потом.
Четыре тонны бетона и стали -
Вот его новый дом,

Сталь под его руками послушна,
Сталь тверда как броня.
Марвин, постой, Марвин, послушай,
Марвин, вспомни меня.

А дядюшка Марвин забрался в кабину
И взялся за рычаги.
Комэскадрильи фонарь задвинул,
Как будто он не погиб.

И все это снова как будто было,
Было еще вчера.
Один на один против целого мира
Марвин идет на таран.

Дядюшка Марвин жертвует жизнью,
Дядюшка Марвин жив,
И моего бронепоезда призрак
Над головой кружит.

Что ты наделал! Марвин, зачем ты!
Но под зенитный залп
Мой ведомый Калиниченко
Врезался прямо в вокзал.

Святой Георгий и грешный Марвин
смотрят на фейерверк.
И сорок третья гвардейская армия
Входит в Кёнигсберг,

А дядюшка Марвин вышел из дома,
И запер дверь на замок,
И там его ждали бессмертный ведомый
И воздушный стрелок,

И там его ждали новое дело,
И новые чудеса,
Марвин шагает по небу весь белом
По лестнице в небеса,

И никого красивее Марвина
В небе Флориды нет,
И зачарованный город Гранби
Глядит ему вслед.

(no subject)

smille.GIF

It`s my best smile
for my beauty wife,
and for you if you really want.
I've kept it on my face
since I was five.
And this smile
is my own style,
and I have a wonderful life.
I make a good face
with a good game,
and I make all around to be abroad.
I'm at the best place
in all the world,
and I love it all even if you do not.

(no subject)



Бог времени Сатурн.

Властительный и всесильный, бог всех часов и времён, -
Имя Сатурн так красиво, но как безжалостен он,  -
Ломает все наши планы, высушивает цветы,
Врачует временем раны, и рушит наши мечты.
Он управляет часами, он движет года вперёд,
Умело  играет с нами, - а время идёт, идёт.
Расчётливый и бесстрастный - он честный и точный игрок.
Имя Сатурн -- прекрасно. Он самый жестокий бог.

И он считает дотошно песчинки в песочных часах,
Он меряет их в пригоршнях, на самых точных весах.
Сквозь пальцы текут сантимы, минутками мимо нот,
Время неумолимо, — и время идёт, идёт.
Серебряные монетки звенят серебристый вальс,
Время, как птица в клетке, в неволе поет для нас,
Кружись со мной в этом танце, смелей же, кружись, кружись.
Течёт, как песок сквозь пальцы, отпущенная нам жизнь.

А время всё ускоряет свой торопливый бег,
Время кружит и тает — и превращается в снег.
Снежинки в любимых прядях — серебряных нитей свет,
Я помню тебя на память, но времени больше нет,
Ты платишь налог на осень, ты платишь его сама.
Ты ничего не бойся, - и скоро придет зима.
И все лепестки ромашек никак не вернуть назад,
морщинками тропок наших стареет наш милый сад.
Сквозь сеть облетевших вишен, сквозь пелену мечты
любуюсь тобой и вижу, — сквозь память, — какая ты.

Я знаю, как ты красива, и как звенит твой смех,
и будет Сатурн бессилен, пока не иссяк мой снег,
пока не кончилась вьюга, пока не оплачен счёт,
пока мы любим друг друга, пока этот снег идёт,
Сатурн будет нам не страшен, — я вижу в его глазах
растущую белую башню в моих песочных часах.
И он считать не устанет, отмеривая наш путь,
и скоро тот час настанет — часы мои перевернуть.

Но время ещё не вышло, и всё ещё мой ход,
Сатурн мольбы не услышит, Сатурн терпеливо ждет.
Не очень-то я отважен под стражей железных глаз,
но ты для меня всё та же, - и он отступил сейчас.
И все часы мира замерли, и стрелки качнулись вспять,
Пока он моими глазами, застыв, глядит на тебя.

Я любуюсь тобой,
И даже время не в силах
Изменить тебя в моем сердце.
А уж та девчонка напротив
Так уж точно не в силах
Изменить тебя в моей памяти.

(no subject)

Когда под покровом ночи
мы перешли границы
мистики и безумия,
и не мила темница,
лишь небо навырост - впору.
Нет ничего короче,
ясней и приятней взору,
чем эти огни Везувия
над Трафальгарской площадью
обесптичевшей и обезлюдевшей,
покрытой мусором дней.
И это вот всё - на блюдище
да с голубой каемищей,
всё это - тебе и мне.
но из бескрайнего прошлого
мы добываем малые
крупицы былого золота -
рыжего почти алого, -
и мы звучим от холода,
в сердце пустого города,
гибнущего в огне.

(no subject)

The best city for a travel, the worst one fоr a life,
I would leave it if I could croped my ropes and wires,
I will set on my camel and I'll drive and I'll fill drive.
I believe in my heavens and I wish to arrive.

And moved across a hundreds of boundaries and states,
and got of the top of mountains, and sailed across five seas,
I will come to my target, but I will late.
And only beatiful music and kindly breeze.

And I chook my nose in a bush of roses,
I have lost my sword and I have lost my warhorse.
and let's tell me stories, dear Burroughs,
and let's song me songs, dear Berlioz.

кит

Нет никакой такой сильной боли,
нет особых травм,
нет ничего в чем ты был неправ.
Это даже не то, что бы какое-то горе,
рядом вполне пригодное целое море.
И ты не очень устал,
ты формально жив,
и даже формально здоров,
более или менее,
ты просто лежишь - у моря,
- и даже погода вполне,
И нет охоты открывать глаза,
нет желания ни вперед, ни назад,
нет кислорода, и больше нечего пить,
и нет ничего для чего ты хотел бы жить,
ты просто лежишь.
и ничего не ноет, и нигде не болит,
ты просто выброшенный из моря кит.
ты просто выбросился из моря.